Global Value Chains Transformation and the COVID-19 Pandemic: Solutions and Strategies of American MNEs
Table of contents
Share
Metrics
Global Value Chains Transformation and the COVID-19 Pandemic: Solutions and Strategies of American MNEs
Annotation
PII
S086904990014445-1-1
DOI
10.31857/S086904990014445-1
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Ksenia Chudinova 
Occupation: Research Fellow
Affiliation: Institute of World Economy and International Relations of the Russian Academy of Sciences (IMEMO)
Address: 23, Profsoyuznaya Str., Moscow, 117997, Russian Federation
Edition
Pages
59-74
Abstract

The article examines the main long-term and short-term trends affecting the development of global value chains and production networks of American multinational enterprises, including the impact of the novel coronavirus COVID-19 pandemic. Some new findings in the field of heterogenous firm model development studies are briefly mentioned to give additional information on American largest MNEs activities. The author outlines the most influential positive and negative factors, both economic and non-economic, affecting the American GVC, and pictures some prospects for reshoring and diversification of companies in certain industries, as well as alternative strategies to increase the sustainability of GVCs in the time of pandemic.

Keywords
global value chains, American multinational enterprises, heterogeneous firms, production networks, innovation
Received
05.04.2021
Date of publication
27.06.2021
Number of purchasers
2
Views
111
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article and additional services
Whole issue and additional services
All issues and additional services for 2021
1 До развития глобальных цепочек создания стоимости торговля и инвестиции часто рассматривались как взаимозамещающие виды деятельности. По мере смещения структуры ПИИ, осуществляемых МНП, в сторону вертикальных инвестиций, получила распространение идея о том, что торговля и инвестиции скорее дополняют, чем замещают друг друга. Однако реальность постепенно стала значительно более сложной: большинство МНП осуществляют как горизонтальные, так и вертикальные инвестиции за рубежом, а связи многих филиалов с компаниями-учредителями имеют признаки как горизонтальной, так и вертикальной интеграции.
2 Кроме того, некоторые из этих подразделений создаются посредством инвестиций «с нуля», в то время как другие являются результатом слияний или поглощений (например, с целью получения доступа к технологиям). Что еще более усложняет задачу, МНП не только открывают собственные дочерние компании за границей, но и заключают контракты с независимыми партнерами. В современной глобальной экономике МНП все чаще находятся в центре международных производственных сетей ГЦСС. Иногда границы и структура ГЦСС совпадают с границами и структурой МНП, но во многих случаях идеального совпадения не наблюдается [Cadestin et al. 2018].
3 Создание трансграничных сетей обеспечивает американским многонациональным компаниям значительную стратегическую и операционную гибкость. В рамках внутрифирменных связей между штаб-квартирой и подразделениями за рубежом происходит интенсивный обмен товарами и услугами, капиталом, рабочей силой, видами операций, знаниями и т. д. Некоторые фрагменты сети сосредоточены на производственной деятельности, например, одни филиалы производят промежуточные ресурсы для других филиалов или для материнской компании в рамках вертикальной интеграции по образу «змеи» или «паука» [Baldwin,Venables 2010]. В то же время другие занимаются вопросами распространения продукции (горизонтально интегрированные филиалы). Материнская компания при этом может вообще не иметь производственных мощностей, а сосредоточиться на осуществлении общего руководства всей сетью, на инновационной и научно-исследовательской деятельности, финансовых и налоговых операциях и тд. В качестве примеров глобальных компаний с в высшей степени сложной структурой можно назвать Amazon, Apple или Dell.
4 Американские МНП наращивают свое присутствие за рубежом, завоевывая новые рынки и способствуя восстановлению мировой экономики после кризиса, вызванного пандемией коронавируса COVID-19. Однако на их пути встают многочисленные препятствия как экономического, так и внеэкономического характера.
5 Развитие методологических подходов к изучению МНП: работы экономистов
6 Многонациональные предприятия эволюционировали за последние несколько десятилетий от несложных трансграничных цепочек, основными мотивами создания которых был поиск ресурсов и новых рынков, до производственных сетей, оперирующих в глобальном масштабе. По данным ЮНКТАД, около 80% мировой торговли связано с международными производственными сетями МНП [UNCTAD 2020]. Добавленная стоимость, создаваемая многонациональными предприятиями в своих странах и в зарубежных филиалах, составляет около четверти мирового ВВП и около трети всего объема производства частного сектора. По данным Глобального института McKinsey, более 95% мировой торговли проходит через ГЦСС [McKinsey & Company 2020].
7 Отражая сложность и разнообразие МНП, теории, объясняющие поведение МНП в мировой торговле, развивалась по разным направлениям. Одной из первых фундаментальных концепций стала эклектическая парадигма Дж.Даннинга, обозначившая три типа преимуществ, которыми могут обладать МНП. Следующей фундаментальной концепцией, интегрировавшей старые и новые теоретические подходы, стала разработанная П.Кругманом и Э.Хелпманом модель, в рамках которой сравнительные преимущества компании возникают благодаря обеспеченности факторами производства, дифференциации продуктового ассортимента и отдачи от масштаба [Bernard, Jensen, Redding, Schott 2007].
8 В то же время все более понятным становилось, что темпы развития новой методологии отставали от темпов фрагментации производства и формирования сложных трансграничных производственных сетей вокруг ТНК. Появлялись работы, опирающихся на новейшие статистические данные, отличающиеся большей степенью дезагрегированности. В этих работах основное внимание уделялось деятельности и решениям компаний уже на уровне взаимодействия между фирмами, а не на уровне стран и отраслей, как прежде.
9 Модель внутриотраслевой торговли П.Кругмана была доработана М.Мелицем, который взял за основу представление о неоднородности (гетерогенности) компаний, участвующих в международной торговле. Именно модель Мелица служит основой для многих современных теорий, объясняющих различные аспекты деятельности МНП в международных экономических отношениях, а позднее - развитие вокруг многонациональных компаний сетей ГЦСС. Значительный интерес представляют труды Э.Бернарда и П.Антраса, существенно расширивших методологию Мелица.
10 С середины 1990-х гг., когда стала расти торговля промежуточными товарами, начали появляться и теоретические подходы, модели, объясняющие формирования феномена «глобальных цепочек создания стоимости». Экономисты называли это явление разными терминами: «фрагментация» (fragmentation); «вертикальная специализация» (vertical specialization); «поиск глобальных источников поставок» (global sourcing); «разукрупнение» (unbundling). Примерно с 2010-х гг. наиболее широко используемым постепенно становился термин «глобальные цепочки создания стоимости» (global value chains), изначально чаще употреблявшийся междисциплинарными специалистами, такими как экономический социолог Г.Гереффи и его коллеги [Chor 2019].
11 Среди работ отечественных исследователей, занимающихся анализом международной торговли и новых методологических подходов к ее изучению, нужно особо отметить ряд авторов. Эволюции теории международной торговли посвящены работы А.П.Киреева [Киреев 2011]. Развитие вертикальных производственных связей в период интенсивного роста интеграционных процессов отражено в монографии Ю.В.Шишкова [Шишков 2009], предпосылки для нового этапа глобализации и особенности различных типов ГЦСС подробно разбираются в статьях В.Б.Кондратьева [например, Кондратьев 2018]. Вопросам усовершенствования методик учета добавленной стоимости в рамках ГЦСС и воздействию экономического кризиса 2020 г. на процессы, происходящие в мировой торговле, уделено большое внимание в трудах В.Г.Варнавского [Варнавский 2018, 2021]. Степень глобализации американской экономики и значение американских прямых инвестиций для развития глобальных производственных сетей и формирования «второй экономики США» подчеркиваются в трудах В.Б.Супяна и Р.И.Зименкова [например, Зименков 2015, Супян 2015], а факторы, обусловливающие высокую конкурентоспособность американских корпораций, подробно исследованы в работе О.В.Богаевской [Богаевская 2012].
12 Исследования по деятельности МНП и их зарубежным инвестициям еще находятся в процессе своего развития, поэтому невозможно дать исчерпывающее объяснение всех причин, которые побуждают фирмы открывать филиалы за рубежом и создавать производственные сети. Однако появляются все новые работы, позволяющие с возрастающей точностью предсказывать поведение многонациональных компаний. Крайне продуктивным также представляется сочетание подходов американских экономистов, изучающих международную торговлю, с исследованиями специалистов из других отраслей, создавших свой подход и методологический аппарат, опирающийся в значительной степени на метод ситуационного анализа. К примеру, в работах группы исследователей под руководством Г.Гереффи подробно описывается широкий спектр форм взаимодействия и регулирования отношений компаний в рамках ГЦСС.
13 Плодотворное соединение этих двух направлений дает такие впечатляющие результаты, как появление посвященного ГЦСС Доклада о мировом развитии Всемирного банка, или последнего Доклада о мировых инвестициях ЮНКТАД.
14 Фундаментальные характеристики американских МНП
15 Детальное описание последних исследований в области новейшей теории международной торговли не входит в задачи данной работы, но нельзя не остановиться подробнее на результатах некоторых из них, поскольку они представляют большой интерес с точки зрения понимания фундаментальных особенностей американских многонациональных предприятий.
16 Крайне интересные данные об американских компаниях получены в новой, вышедшей в 2018 г. работе Э.Бернарда и его коллег [Bernard, Jensen, Redding, Schott 2018]. Они существенно расширили стандартную модель монополистической конкуренции с неоднородными (гетерогенными) фирмами и предлагают свою модель, в рамках которой фирмы могут иметь большие доли рынка и одновременно принимать решения относительно размещения своих производственных мощностей, экспортных рынков, источников поставок, экспортируемых продуктов и импортируемых ресурсов. Особый интерес представляет тот факт, что эмпирической основой для данной модели служат статистические данные об американских компаниях и их торговых сделках, на примере которых авторы исследуют различные аспекты участия фирм в международном разделении труда и выявляют отношения взаимозависимости и взаимодополняемости между вариантами решений, которые принимают компании.
17 Безусловно, такой набор показателей можно считать более отвечающим реальным условиям, в которых работают компании.
18 Хотя авторы использовали базы данных по операциям американских МНП за период до 2007г., полученные результаты хорошо описывают общие характеристики американских компаний, и большая часть этих характеристик в полной мере релевантна и сегодня.
19 Согласно обычному алгоритму исследований поведения неоднородных фирм, в модели авторов акцент был сделан на самоотборе компаний, занимающихся экспортной деятельностью. На 2007 г. в обрабатывающем секторе США в целом экспортерами являлись только около 35% фирм. Эта доля существенно варьировалась: от примерно 75% фирм, занятых в производстве компьютерной и электронной продукции, до примерно 15% компаний, занимавшихся полиграфией и сопутствующей поддержкой. Такое различие по отраслям вполне соответствует общему представлению о том, что Соединенные Штаты имеют сравнительные преимущества в высококвалифицированных и капиталоемких секторах, таких как электрооборудование, бытовая техника, доля экспортеров в которых была вдвое больше, чем в таких трудоемких секторах, как производство одежды.
20 Самоотбор фирм, выбирающих экспортную деятельность, предполагает, что между экспортерами и неэкспортерами существуют различия в организации и эффективности их работы. Это подтверждается данными исследования: на 2007 г. в американских компаниях-экспортерах было на 128% больше число занятых, на 172% больше объем поставок, на 33% была выше добавленная стоимость в расчете на одного работающего, и на 3% выше совокупная факторная производительность (СФП).
21 При проведенном авторами сравнении результатов исследования 2018 г. с результатами их широко цитируемого исследования за 2007 г. [Bernard, Jensen, Redding, Schott 2007], были выявлены стабильные различия в показателях деятельности экспортеров и неэкспортеров, которые со временем несколько усилились. Аналогичные различия в производительности между экспортерами и неэкспортерами были обнаружены для ряда развитых и развивающихся стран, включая Францию, Германию, Словению и многие другие.
22 Результаты по показателям фирм-импортеров похожи на результаты по фирмам-экспортерам. В 2007 г. около 20% компаний в обрабатывающем секторе США осуществляли импортную деятельность. Однако между отраслями наблюдался значительный разброс: доля импортеров колеблется от 5% компаний в такой отрасли как полиграфия и сопутствующая поддержка до 50% в производстве компьютерной и электронной продукции. Самоотбор фирм, выбирающих импортную деятельность, также предполагает, что между импортерами и неимпортерами существуют различия в эффективности их работы. Данные подтверждают это предположение, и «импортные премии» по отраслям обрабатывающей промышленности США на 2007 г. составляли около 120% по числу занятых, 32% по объему поставок, 25% по добавленной стоимости в расчете на одного работающего, 3% по СФП, 9% по заработной плате, 28% по капиталоемкости и 16% по интенсивности потребления квалифицированного труда. Самые большие различия в производительности были обнаружены у фирм, которые одновременно экспортируют и импортируют, с остальными предприятиями.
23 Наиболее успешные торгующие компании с непропорционально высокой вероятностью будут заниматься как экспортом, так и импортом. Деятельность по осуществлению всех видов торговых операций в высочайшей степени сконцентрирована в крупнейших фирмах. На верхний дециль фирм приходилось более 95% общего объема торговли, экспорта и импорта и более 99% торговли между аффилированными сторонами в 2007 г. Но даже среди крупнейших фирм выделялся 1% компаний, которые контролировали более 80% торговли и более 92% торговли между аффилированными сторонами. На эти «крупнейшие из крупнейших» фирм приходился в пятнадцать раз больший объем экспорта и импорта, чем на фирмы из второго по величине процентиля.
24 Вывод о том, что торговля непропорционально сконцентрирована в крупнейших фирмах, был подтвержден исследованиями компаний из разных стран. Например, доля экспорта, приходящаяся на 1% ведущих фирм, составляла 48% в Бельгии, 44% во Франции, 59% в Германии, 77% в Венгрии, 32% в Италии, 53% в Норвегии и 42% в Великобритании [Bernard, Jensen, Redding, Schott 2018].
25 Экономисты П.Антрас и С.Р.Йипл, опираясь на методологическую основу, предложенную П.Кругманом и дополненную М.Мелицем, чуть меньше десяти лет назад провели анализ ключевых особенностей структуры зарубежных операций многонациональных предприятий, опираясь в первую очередь также на данные по США [Antràs, Yeaple 2014].
26 Исследователи выделяют следующие общие закономерности, большая часть которых в высокой степени характеризует деятельность американских многонациональных компаний и на современном этапе:
27
  1. Деятельность МНП в основном сосредоточена в развитых странах и включает как экспортные, так и импортные операции. Развивающиеся страны являются скорее направлением деятельности МНП, чем ее источником [Antràs, Yeaple 2014].
28 Хотя сейчас значение развивающихся стран возросло, большая часть американских инвестиций все еще приходится на направление «Север-Север». По данным Бюро экономического анализа в 2019 г. Европа была для США крупнейшим источником и важнейшим направлением потоков прямых инвестиций. На европейские страны приходилось 60% накопленных прямых инвестиций США за рубежом и 64% накопленных прямых иностранных инвестиций в Соединенных Штатах [Direct Investment by Country…2020].
29
  1. Относительная важность транснациональных корпораций при осуществлении экономической деятельности выше для категорий товаров, отличающихся высокой капитало- и наукоемкостью, при этом значительная доля потоков ПИИ носит внутриотраслевой характер.
30 Доля реального вклада транснациональных компаний существенно различается в зависимости от отрасли. Усредненные данные по США за 2000-2005 гг. свидетельствуют о том, что импорт трудоемких товаров, таких как одежда или обувь, происходил в основном от независимых поставщиков («на расстоянии вытянутой руки»), в то время как импорт товаров, отличающихся высокой капиталоемкостью, таких как автомобили и фармацевтические препараты, осуществлялся в пределах фирм [Antràs, Yeaple 2014].
31 Важность квалификации сотрудников и важность инноваций для материнских компаний прослеживается по такому показателю как доля расходов на НИОКР – на материнские компании МНП пришлось 77,2% от всех затрат американских фирм на НИОКР в 2016 г. [Hossiso 2019]. А в 2018 г. затраты американских МНП на НИОКР выросли на 6,9% до 381,4 млрд долларов (73% всех затрат на НИОКР американских компаний). Затраты материнских компаний составили 323,1 млрд, а дочерних – 58,2 млрд. долларов. [Activities of U.S. Multinational…2020].
32 По данным Бюро экономического анализа, в 2018 г. на экспортные поставки материнских компаний американских МНП в свои филиалы за рубежом приходилось около 20% общего объема экспорта [Hossiso 2021].
33 При этом на импорт материнских компаний из своих филиалов за рубежом приходилось 12–17% объема всего импорта. Добавленная стоимость, созданная американскими МНП, дошла в 2018 г. до 5,7 трлн долларов, при этом 74% пришлось на материнские компании, и только 26% на филиалы. Добавленная стоимость, созданная материнскими компаниями в США выросла на 7,8% до 42 трлн долларов, что составляло 23,3% всей добавленной стоимости, созданной частным сектором. Добавленная стоимость, созданная зарубежными филиалами, увеличилась на 4,1% до 1,5 триллиона долларов. [Activities of U.S. Multinational…2020].
34
  1. Как материнские, так и дочерние подразделения многонациональных фирм, как правило, отличаются большими размерами, производительностью, интенсивностью осуществления НИОКР, и в большей степени ориентированы на экспорт, чем компании, которые не ведут деятельность за рубежом [Antràs, Yeaple 2014].
35 В 2018 г. число занятых в американских МНП составляло 43 млн человек, из них 28,6 млн (66,5%) были сотрудниками материнских компаний, а 14,4 млн (33,5%) работали в зарубежных филиалах. На американские материнские компании приходилось 22% от общего числа занятых в частном секторе США, при этом наибольшая доля занятых была в производстве (в первую очередь транспортных средств, компьютеров и электроники) и в розничной торговле. Капитальные затраты американских МНП в 2018 г. равнялись 912,1 млрд долларов. Из них на материнские компании пришлось 721,6 миллиарда долларов (42,5% от всех капитальных затрат американских компаний), а на дочерние – 190,4 млрд. [Activities of U.S. Multinational…2020].
36
  1. В многонациональных предприятиях материнские компании сравнительно в большей степени специализируются на осуществлении НИОКР, в то время как филиалы в основном занимаются продажей товаров на зарубежных рынках, в особенно на рынке страны, где они дислоцированы.
37 По данным BEA за 2009 г., на материнские компании в США приходилось 65% всех продаж, 68% добавленной стоимости и числа занятых, а также 84% расходов на НИОКР [Antràs, Yeaple 2014].
38 Данные за 2017 г. свидетельствуют о том, что деятельность американских многонациональных предприятий по-прежнему сконцентрирована в Соединенных Штатах. На материнские компании пришлось почти три четверти добавленной стоимости МНП, более трех четвертей капитальных затрат, почти две трети от числа занятых в МНП по всему миру и более четырех пятых расходов МНП на НИОКР [Hossiso 2019].
39 Новый этап развития ГЦСС: общие тенденции, НТП и инновации
40 Этап максимально быстрого роста ГЦСС («гиперглобализация») пришелся на период с 1990 по 2007 гг., цепочки создания стоимости развивались, прежде всего, в машиностроении, электронной промышленности и транспортной отрасли, а также охватывали регионы, специализирующиеся на этих отраслях, а именно Северную Америку, Восточную Азию, Западную Европу [Trading for Development… 2020].
41 После «Великой рецессии» рост международного производства и мирового экспорта товаров и услуг замедлился (это явление получило удачное название «slobalization»). По данным ЮНКТАД, «застой зарубежных инвестиций в производственные мощности стал главным фактором замедления мировой торговли, и в частности торговли в рамках ГЦС». [UNCTAD 2020].
42 Каковы основные факторы, которые, если и не обращают этот процесс вспять, то, по крайней мере, оказывают на него серьезное замедляющее воздействие? И действительно ли это замедление носит негативный характер, или оно обусловлено некими фундаментальными новыми качественными характеристиками международной торговли? В докладе компании McKinsey отмечаются следующие тенденции, оказывающие воздействие на структурную трансформацию ГЦСС:
43
  1. Снизилась интенсивность торговли (то есть отношение валового экспорта к валовому выпуску) почти во всех ГЦСС, нацеленных на производство товаров. Доля продукции, перемещаемой через мировые границы, сократилась с 28,1% в 2007 году до 22,5% в 2017 году. Также замедлился рост объемов торговли. Этот процесс может отражать рост внутреннего потребления в Китае и других развивающихся странах.
44
  1. Услуги играют в ГЦСС все большую и при этом недооцененную роль. В 2017 г. объем мировой торговли услугами составил 5,1 трлн долларов, что намного меньше, чем объем торговли товарами – 17,3 трлн долларов. Однако торговля услугами за десятилетие 2007-2017 гг. росла более чем на 60% быстрее, чем торговля товарами, а в некоторых отраслях, включая телекоммуникационные и ИТ-услуги, бизнес-услуги и отчисления за права на интеллектуальную собственность, она росла в два-три раза быстрее. При этом роль услуг недостаточно отражена в традиционной статистике. Во-первых, при производстве торгуемых промышленных товаров примерно треть добавленной стоимости приходится на услуги. Товары продаются на рынке благодаря вложениям компании в НИОКР, инжиниринг, продажи и маркетинг, финансы и человеческие ресурсы. К тому же, в большинстве ГЦСС используются импортные услуги. В будущем различие между товарами и услугами будет продолжать стираться, поскольку производители все чаще вводят новые типы бизнес-моделей в форме лизинга, подписок и других «услуг». Эти изменения могут в будущем оказать значительной воздействие на торговый баланс некоторых стран, в первую очередь, Соединенных Штатов.
45
  1. Торговля, основанная на арбитраже затрат на рабочую силу, сокращается в некоторых ГЦСС. По мере расширения глобальных цепочек добавленной стоимости в 1990-х и - 2000-х гг. многие решения о том, где разместить производство, принимались с учетом затрат на рабочую силу, особенно в отраслях, производящих трудоемкие товары и услуги. Сегодня только 18% торговли товарами основано на арбитраже затрат на рабочую силу. При принятии решений о размещении производства компании учитывают другие факторы – к ним относятся доступ к квалифицированной рабочей силе или природным ресурсам, близость к потребителям и качество инфраструктуры. Более того, доля торговли, основанной на арбитраже затрат на рабочую силу, снижается в некоторых ГЦСС, особенно в производстве трудоемких товаров. Это в основном отражает такую тенденцию, как рост заработной платы в развивающихся странах. Однако в будущем автоматизация и искусственный интеллект могут усиливать этот тренд, и трудоемкое производство будет дальше превращаться в капиталоемкое.
46
  1. Цепочки добавленной стоимости становятся более региональными и менее глобальными.
Регионализация наиболее очевидна в инновационных ГЦСС, поскольку у них наибольшая потребность в тесной интеграции поставщиков для обеспечения производства по принципу «строго вовремя» (just-in-time). Эта тенденция может шире распространиться и на другие ГЦСС, поскольку автоматизация производства снижает для компании важность арбитража затрат на рабочую силу и увеличивает важность своевременного выхода продуктов товаров на рынок.
47
  1. ГЦСС становятся все более наукоемкими, и нематериальные активы играют в них все более важную роль. Эта тенденция наиболее заметна в инновационных ГЦСС. Компании, производящие машины и оборудование, тратят на НИОКР и нематериальные активы 36% доходов, в то время как компании, занимающиеся производством фармацевтических препаратов и медицинского оборудования – 80%. Такое положение дел усиливает позиции США и других стран с высококвалифицированной рабочей силой, сильным инновационным и научно-исследовательским потенциалом, а также надежной защитой интеллектуальной собственности. Во многих ГЦСС создание стоимости смещается в сторону более близких к началу цепочки, «верхних» этапов, таких как НИОКР и дизайн, а также в сторону «нижних» этапов ближе к ее концу, таких как распространение, маркетинг и постпродажное обслуживание (отчасти из-за того, что офшоринг снизил цены на сам физический процесс производства многих товаров).
48 Данная тенденция также проявляется наиболее заметно в таких отраслях как фармацевтика и производство бытовой электроники, где наблюдается рост компаний с «виртуальным производством», которые сконцентрировали ресурсы на разработке товаров и отдали производство на аутсорсинг [McKinsey & Company 2019].
49 Все эти тенденции тесно связаны с воздействием нового витка НТП. Несомненно огромное воздействие на эволюцию ГЦСС технологических инноваций. Именно новые технологии чаще всего упоминаются в качестве основного фактора трансформации ГЦСС. Максимальным потенциалом для изменения структуры международного производства, по всей вероятности, обладают такие технологии, как автоматизация с использованием робототехники, расширение цифровизации цепочек поставок и технологии послойной – аддитивной – печати (3D printing). [McKinsey & Company 2019, UNCTAD 2020].
50 Существует точка зрения, что «например, автоматизация с использованием робототехники снижает долю затрат на рабочую силу в издержках производства, увеличивает эффект масштаба и может привести к повторному объединению и решорингу разнесенных процессов». [UNCTAD 2020].
51 Тем не менее, взаимозаменяемость автоматизации и офшоринга неочевидна. В Докладе о мировом развитии [Trading for Development… 2020] представлены данные, свидетельствующие о том, что автоматизация в промышленно развитых странах, по-видимому, фактически увеличила импорт из развивающихся стран. В то же время, к примеру, в работе П.Антраса, Т.Форт и Ф.Тинтельно показано, что американские фирмы, которые начали импортировать продукцию из Китая после вступления этой страны в ВТО, также увеличили свои закупки и у отечественных поставщиков в самих США. [Antràs, Fort, Tintelnot 2017].
52 Что касается автоматизации, робототехники и аддитивной печати, то они могут точно так же, увеличивая производительность компаний, увеличивать спрос на промежуточные ресурсы, в том числе необходимые собственно для печати [Antràs (b) 2020].
53 По оценкам института McKinsey, новейшие технологии, такие как автоматизация, ИИ и аддитивное производство могут привести к сокращению мировой торговли товарами и росту торговли услугами. Часть производства, возможно, будет возвращена на отечественные рынки. Также возможно, что новые технологии приведут не к решорингу, а к передислокации филиалов в страны по соседству с конечными рынками сбыта, что будет способствовать регионализации экономик. В то же время развивающиеся страны смогут также освоить новые способы производства, повысить его эффективность и, таким образом, сохранить предприятия у себя, таким образом поддерживая торговлю. [McKinsey & Company 2019].
54 Негативные факторы, воздействующие на американские ГЦСС
55 Структурная трансформация ГЦСС, происходящая в последнее десятилетие, обусловлена не только техническим прогрессом, но также развитием долгосрочных негативных и кризисных тенденций. Некоторые из них во многом являются следствием самого процесса глобализации и сопутствующих ему недостатков, а некоторые обусловлены внеэкономическими причинами.
56 Американские МНП, в силу своих размеров и роли, которую они играют и в мировой экономике, и в развитии НТП, безусловно, являются одной из мощных сил, которые участвуют в формировании как положительных, так и негативных тенденций.
57 К числу негативных тенденций обычно относят разрушение международной системы правил, регулирующих торговлю, рост протекционизма и торговых барьеров, наблюдаемый во многих странах, в первую очередь, в самих США, и торговую войну США с Китаем.
58 Одной из основных причин возникновения этих тенденций можно назвать рост неравенства, сопутствовавший глобализации.
59 Изучение ГЦСС на уровне фирм позволяет увидеть новые аспекты, связанные с ростом неравенства в результате интеграции экономик в международную торговлю. Например, с учетом отдачи от масштаба и постоянных издержек, обусловленных участием в ГЦСС, крупные фирмы (а именно они, как показано в том числе в работе Э.Бернарда и его коллег, чаще участвуют в международном разделении труда) будут получать значительно большие выгоды. В результате, участие в ГЦСС может способствовать росту числа крупных фирм. Это приводит к мысли, что появление фирм-«суперзвезд» в Соединенных Штатах и других развитых странах может быть частично связано с развитием ГЦСС [Antràs (a) 2020].
60 Сегодня на американские компании приходится 38% от общего числа «суперзвезд», и они работают в довольно узком спектре отраслей, таких как производство потребительских товаров, одежды и предметов роскоши, фармацевтика и производство медицинских товаров, интернет и СМИ, банковское дело и страхование. Эти фирмы отличаются большими затратами на научные исследования и разработки, а также непропорционально высокой долей нематериальных активов. В пределах верхнего дециля компаний, которые в докладе определяются как «суперзвезды», на 1% - 58 крупнейших компаний - приходится 8% мирового дохода и 36% экономической прибыли.
61 В глобальном масштабе среди фирм с доходом более 1 млрд долларов 10% компаний получают 80% всей экономической прибыли. Значительная часть этих компаний, в полном соответствии с моделью неоднородных фирм, в результате своей высокой эффективности и самоотбора стала МНП [McKinsey & Company 2018, Manyika, Pinkus, Tuin 2020].
62 Прирост валовой добавленной стоимости в секторе «суперзвезд» в основном связан с валовой операционной прибылью. При том, что в США в этих секторах часто наблюдается высокая конкуренция за квалифицированный персонал, зарплаты которого выше среднерыночных, общий прирост занятости в них остается низким. В секторах же со значительным ростом занятости, таких как здравоохранение и гостиничный бизнес, за последние 20 лет заработная плата не изменилась или снизилась.
63 За период с 2000 по 2019 гг. средняя заработная плата в США росла всего на 0,9% в год. В то же время поляризация рынка труда в сторону высоко- и низкооплачиваемой занятости привела к сокращению в Америке миллиона рабочих мест со средней заработной платой [McKinsey & Company 2018, Manyika, Pinkus, Tuin 2020].
64 Другой причиной, вызывающей рост протекционизма, является усиление соперничества, в первую очередь между развитыми странами и КНР, в сфере научно-технического лидерства, и, в частности, тех его аспектов, которые связаны с обеспечением национальной безопасности. К примеру, в 2018 г. президент США запретил осуществить предполагаемое поглощение американской компании-производителя микросхем Qualcomm компанией Broadcom из Сингапура по соображениям национальной безопасности. Broadcom предложила заплатить 117 млрд долларов за присоединение Qualcomm, и это могла бы быть крупнейшая сделка такого типа [UNCTAD 2019].
65 Рецессия 2020 г. и перспективы изменения производственных сетей американских МНП
66 За период 2000-2020 гг. стоимость промежуточных товаров, экспортируемых через границы, утроилась и составила более 10 трлн долларов в год. Протяженные по расстоянию и сложные цепочки создания стоимости эффективны, но подвержены сбоям, которые становятся все более частыми и серьезными. Угрозы могут быть разного характера – от роста напряженности как во внутренней, так и во внешней политике отдельных государств, возвращения торговых барьеров и развязывания торговых войн до природных катаклизмов, например, землетрясений и ураганов. В список угроз также входят кибератаки, терроризм, промышленные аварии. Пандемия нового коронавируса COVID-19 вынудила компании сосредоточить внимание на повышении устойчивости своих цепочек поставок и операций.
67 Однако ставшие доступными новые технологии, экономические факторы, торговая война США с Китаем и общий рост неопределенности заставляли компании думать о трансформации своих ГЦСС еще до пандемии. Когда в декабре 2019 г. компания McKinsey опросила 600 руководителей фирм по всему миру, 70% из них сообщили, что пересматривают свои стратегии в отношении цепочек поставок и районов их размещения [McKinsey & Company 2020].
68 К числу важнейших факторов, которые могут побудить компании трансформировать свои ГЦСС, относятся:
69
  1. Более высокие торговые издержки. Если ожидается рост торговых издержек, у фирм будет стимул концентрировать производство в расположенных поблизости районах или перенести его на новую локацию, где уровень определенности будет выше.
70
  1. Воздействие шоков и уязвимость цепочек поставок. Если промежуточные компоненты продукта являются взаимодополняющими, шок, приведший к остановке производства на одной стадии такой вертикальной цепочки, также остановит его и на других стадиях. Если, к примеру, локдауны будут вводиться в разное время в разных странах, где у компании размещены производственные мощности, производство в рамках цепочки будет парализовано на весь этот период.
71
  1. Диверсификация поставок в целях повышения устойчивости ГЦСС. Значительная доля мирового промышленного производства сосредоточена в Китае, и пандемия COVID-19 может ускорить тенденцию к перемещению производства за пределы КНР [Bacchetta, Bekkers, Piermartini, Rubinova, Stolzenburg, Xu 2021].
72 В то же время у компаний в разных отраслях совершенно разные возможности по осуществлению такой диверсификации или перемещения производственных мощностей.
73 Участие компаний по всему миру в ГЦСС приводит к различным масштабным последствиям, влечет за собой более «тонкое» международное разделение труда, но также включает ряд дополнительных аспектов.
74 Взаимодействие компаний, участвующиех в одной ГЦСС, друг с другом, не происходит в идеальных условиях. Постоянные издержки на осуществление экспорта и импорта частично отражают затраты на поиск поставщиков подходящих деталей и компонентов или покупателей для своей продукции. Эти постоянные издержки имеет смысл считать невозвратными, и они создают основания для «негибкости» (stickiness) во взаимодействии участников ГЦСС между собой. Аспект «замкнутости» (lock-in) в отношениях участников ГЦСС обусловлен тем обстоятельством, что компании часто осуществляют конкретные инвестиции в отдельные проекты в рамках этих отношений (например, приобретение специализированного оборудования или изготовление продукции по техническим условиям заказчика), которые в случае разрыва связей в рамках цепочки будут иметь очень низкую рентабельность [Antràs (a) 2020].
75 Отсюда следует, что перестроить капиталоемкие производственные цепочки американским компаниям трудно, поскольку в их создание зачастую вложены сотни миллиардов долларов инвестиций. То же самое относится и к наукоемким цепочкам - они, как правило, представляют собой целые экосистемы, которые развиваются в определенных местах, с уникальными поставщиками, продукцию которых крайне сложно заменить. Решение перенести производство за пределы экосистемы в новое место может также обойтись очень дорого.
76 И уж тем более только в отдельных случаях речь будет идти о решоринге, как бы громко ни звучали политические призывы к его осуществлению.
77 Таким образом, компания сталкивается с выбором между краткосрочной устойчивостью к воздействию шоков и более высокой эффективностью в нормальное время. Обычно фирмы склонны снижать риски, но не вкладывают значительных средств, чтобы застраховать себя от всех типов сбоев.
78 Сначала рост неопределенности, протекционизма и торговая война, а затем пандемия COVID-19 выявили риски недостаточной диверсификации поставщиков промежуточных ресурсов. В то же время большая диверсификация в цепочках поставок связана с дополнительными затратами, особенно в секторах, где велика отдача от масштаба, значительные невозвратные издержки, где компании в рамках цепочки взаимодействуют в течение долгого времени и где высока стоимость нематериальных активов, а также в наукоемких секторах [Bacchetta, Bekkers, Piermartini, Rubinova, Stolzenburg, Xu 2021]. В таких секторах, как производство электронного оборудования или в автомобилестроении – то есть в тех секторах, где работает много американских МНП – большая часть компаний выберет диверсификацию, а не решоринг.
79 Компания McKinsey провела в 2020 г. опрос компаний в секторах ГЦСС – производстве полупроводников, автомобилестроении, фармацевтической отрасли и производстве текстильных изделий и готовой одежды - где американские МНП являются лидерами, с целью выяснить, насколько реалистично выглядит перспектива передислокации производственных мощностей в другие районы [McKinsey & Company 2020].
80 Производство полупроводников. В то время как американские компании заняты преимущественно разработкой новых типов микросхем, производство в основном сосредоточено в Южной Корее и на Тайване. Отдача от масштаба и сравнительные преимущества районов текущего размещения производства на настоящий момент оставляют очень мало возможностей для его переноса. Строительство завода по производству полупроводников может стоить 10 млрд долларов и более, что создает высокие барьеры для входа на рынок.
81 Но осуществить перенос производства компании может побудить не экономика, а политика правительств, обеспокоенных вопросами национальной безопасности и конкурентоспособности. В итоге 11-22% торговых потоков могут быть перемещены в другие районы.
82 В автомобилестроении ГЦСС одни из самых сложных в мировой экономике, а также наиболее регионализированные. Ежегодный мировой экспорт автомобилей составляет 1,7 триллиона долларов, из которых примерно 59% приходится на три региона: Азию, Европу и Северную Америку. Автомобильная промышленность - важная отрасль с точки зрения создания рабочих мест, инноваций и конкурентоспособности, и страны всегда принимали меры, направленные на сохранение и развитие этой отрасли. Автопром США интегрирован с Мексикой и Канадой. Отчасти региональная кластеризация обусловлена тем фактом, что автомобильные запчасти и автомобили громоздкие и тяжелые, и их транспортировка обходится недешево. Но национальная политика и регулирование также играют большую роль в том, чтобы влиять на размещение производства (актуальным примером являются требования к производителям USMCA). Но, несмотря на преимущественно региональный характер производственных сетей, производители по-прежнему полагаются на поставки отдельных запчастей из Китая. В 2018 г. Китай экспортировал автомобильных запчастей и материалов на 44 млрд долларов, из которых 17 млрд пришлись на Северную Америку, и первоначальная вспышка COVID-19, возникшая в провинции Хубэй, быстро вызвала шок в отрасли.
83 Относительно небольшая доля автомобильного экспорта, от 15 до 20% в стоимостном выражении, может быть перемещена в другие регионы, главным образом по причинам внеэкономического характера.
84 В фармацевтической индустрии ГЦСС за последние 20 лет стали более рассредоточенными по всему миру. Однако производство некоторых продуктов сконцентрировано в отдельных регионах. Фармацевтические ГЦСС делятся на два взаимодополняющих сектора: один специализируется на более простых продуктах (таких как антибиотики, аспирин и другие противовоспалительные средства), а другой сосредоточен на передовых препаратах, которые лечат тяжелые заболевания, такие как рак и рассеянный склероз. С точки зрения показателя стоимости в экспорте как промежуточных ингредиентов, так и готовых лекарств доминируют развитые страны, включая США. Но те продукты, которые устарели и больше не защищены патентами, или непатентованные формы лекарств, производятся в таких районах, где затраты ниже, как Китай, Индия, Сингапур и Ирландия.
85 После пандемии многие правительства пересматривают вопрос о том, нужно ли восстанавливать внутреннее производство отдельных лекарств, а также медицинского оборудования. В результате от 38 до 60% фармацевтических ГЦСС могут быть перенесены в другие районы. Производство дешевых дженериков, вероятно, потребуется автоматизировать, чтобы не допустить повышения цен.
86 Что касается текстильных изделий и одежды, ГЦСС уже подвергаются изменениям. Еще до пандемии, в опросе 2019 г. 72% менеджеров по закупкам компаний из США и ЕС заявили, что планируют в ближайшей или среднесрочной перспективе диверсифицировать свои источники снабжения и найти новые за пределами Китая, в таких странах как Бангладеш, Эфиопия, Мьянма и Вьетнам [McKinsey & Company 2020].
87 Компании применяют меры для повышения краткосрочной устойчивости цепочек поставок во время пандемии. К таким мерам относится обеспечение «прозрачности» цепочек и получение четкого представления о структуре цепочки и о сети поставщиков, оценку имеющихся ресурсов и запасов и их своевременное пополнение, прогнозирование потребительского спроса, оптимизацию мощностей, обеспечение логистики и тд.
88 Многие компании начали вводить удаленные режимы работы. Доля рабочих мест, которые могут быть переведены на удаленный формат, составляет в США 37%. Так как компании инвестируют в организацию работы в удаленных форматах, позднее это может привести к перемещению части высококвалифицированных услуг за рубеж. Некоторые IT-компании, такие как Facebook и Twitter, взяли на себя обязательства продолжать удаленную работу и после пандемии. Такой подход может привести к изменениям в цепочках создания добавленной стоимости в сфере услуг.
89 Кроме того, американские фирмы быстро реагировали на изменения структуры спроса. Например, сеть супермаркетов Kroger установила партнерство с крупнейшими игроками на рынке общественного питания, такими как Sysco и U.S. Foods, чтобы гарантировать поставки в магазины [Bacchetta, Bekkers, Piermartini, Rubinova, Stolzenburg, Xu 2021].
90 На трансформацию ГЦСС американских МНП будут значительно влиять такие внеэкономические факторы, как политика в сфере обеспечения национальной конкурентоспособности и безопасности. Под их воздействие попадает в первую очередь производство полупроводников и коммуникационного оборудования, а также наукоемкие ГЦСС, связанные с развитием новых технологий, от квантовых вычислений и искусственного интеллекта до возобновляемых источников энергии и электромобилей.
91 Ключевой задачей для органов государственной власти в период пандемии останется необходимость обеспечить самодостаточность в вопросах поставок продуктов питания, фармацевтических препаратов и некоторых категорий медицинского оборудования.
92 Пандемия началась в период, когда произошел очередной скачок развития технологий. У компаний есть доступ к новым решениям. Соединение инноваций с мерами по снижению рисков и повышению устойчивости цепочек может привести к серьезным изменениям в глобальной конфигурации американских ГЦСС.
93 У американских МНП шансов справиться с кризисом существенно больше, чем у обычных компаний. Пандемия COVID-19 еще больше усилила «эффект суперзвезд». У наиболее эффективных фирм больше возможностей для того, чтобы выдержать экономический кризис, благодаря лучшему доступу к ликвидным средствам и диверсифицированным рынкам. Более того, многие компании-«суперзвезды» отличаются высокой степенью цифровизации своей деятельности, что также помогает им преуспеть во время пандемии. Некоторые занимают лидирующие позиции в сфере инноваций и услуг, таких как здравоохранение.
94 Преодолеть воздействие таких факторов, как политические разногласия или рост неопределенности, гораздо сложнее. Решение этих проблем лежит не в экономической плоскости.
95 Вполне возможно, что инновации в ГЦСС и автоматизация усугубят неравенство доходов как в развитых, так и в менее развитых странах.
96 Изменению ситуации в более благоприятную сторону могло бы помочь принятие крупнейшими экономиками прогрессивного налогового законодательства, которое способствовало бы перераспределению части сверхдоходов, получаемых компаниями, чтобы выгоды от экономического роста способствовали созданию новых возможностей для всего общества.

References

1. Bogaevskaya O.V. (2012) Amerikanskie korporatsii: mekhanizmy sokhraneniya liderstva v global'noj ehkonomike. M.: IMEhMO RAN. (https://www.imemo.ru/files/File/ru/publ/2012/12044.pdf).

2. Varnavskij V.G. (2018) Mezhdunarodnaya torgovlya v kategoriyakh dobavlennoj stoimosti: voprosy metodologii // Mirovaya ehkonomika i mezhdunarodnye otnosheniya, t. 62, № 1, ss. 5-15. (https://www.imemo.ru/index.php?page_id=1248&file=https://www.imemo.ru/files/File/magazines/meimo/01_2018/0005_0015_ (1)_VARNAVSKII_ID13588.pdf)

3. Varnavskij V.G. (2021) Global'nye tsepochki sozdaniya stoimosti v period pandemii COVID‑19 // Mirovaya ehkonomika i mezhdunarodnye otnosheniya, tom 65, № 1, s. 14-23. (https://www.imemo.ru/publications/periodical/meimo/archive/2021/1-t-65/economy-economic-theory/global-value-chains-gvcs-and-covid-19-pandemic)

4. Zimenkov R. I. (2015) Novye yavleniya v zarubezhnoj deyatel'nosti amerikanskikh TNK // Rossiya i Amerika v XXI veke. Vypusk № 1. (https://rusus.jes.su/s207054760009955-7-1/ )

5. Kireev A.P. (2011) Teorii mezhdunarodnoj torgovli XXI v. // Ehkonomicheskaya shkola. Al'manakh. Tom.7. - C.7-30 (https://seinst.ru/files/SE7P7_30.pdf)

6. Kondrat'ev V. (2018) Novyj ehtap globalizatsii: osobennosti i perspektivy // Mirovaya ehkonomika i mezhdunarodnye otnosheniya, t. 62, № 6, ss. 5-17. (https://www.imemo.ru/index.php?page_id=1248&file=https://www.imemo.ru/files/File/magazines/meimo/06_2018/0005_0017_ (1)_Kondatiev_ID18626.pdf)

7. Supyan V.B. (2015) Globalizatsiya ehkonomiki SShA: masshtaby, dostizheniya i problemy // Rossijskij vneshneehkonomicheskij vestnik 9, s. 8-27 (http://www.rfej.ru/rvv/id/3002953C7/$file/8-27.pdf)

8. Shishkov Yu.V. (2009) Internatsionalizatsiya proizvodstva – novyj ehtap razvitiya mirovoj ehkonomiki. Moskva, IMEhMO RAN. (http://www.imemo.ru/files/File/ru/publ/2009/09021.pdf)

9. Activities of U.S. Multinational Enterprises in 2018 (2020) Bureau of Economic Analysis. (https://apps.bea.gov/scb/2020/09-september/0920-multinational-enterprises.htm)

10. Antràs P. (a) (2020) Conceptual Aspects of Global Value Chains. TheWorld Bank Economic Review, 00(0), 2020, 1–24. (https://scholar.harvard.edu/antras/publications/conceptual-aspects-global-value-chains)

11. Antràs, P. (b) (2020) “De-Globalisation? Global Value Chains in the Post-COVID-19 Age”. Harvard University. (https://scholar.harvard.edu/antras/publications/de-globalisation-global-value-chains-post-covid-19-age)

12. Antràs, P., Yeaple S. (2014) Multinational Firms and the Structure of International Trade. In Handbook of International Economics: Volume 4, 55–130. Amsterdam and Boston: Elsevier, North-Holland. (https://scholar.harvard.edu/files/antras/files/antras_yeaple_pre_print_3.pdf)

13. Bacchetta M., Bekkers E., Piermartini R., Rubinova S., Stolzenburg V., Xu A. (2021) COVID-19 and Global Value Chains. Economic Research and Statistics Division. World Trade Organization. (https://www.wto.org/english/res_e/reser_e/ersd202103_e.pdf)

14. Antràs, P., Fort T., and Tintelnot F. (2017) The Margins of Global Sourcing: Theory and Evidence from U.S. Firms.” American Economic Review, 107 (9): 2514–64. (https://scholar.harvard.edu/antras/publications/margins-global-sourcing-theory-and-evidence-us-firms)

15. Baldwin R., Venables A. (2010) “Spiders and Snakes: Offshoring and Agglomeration in the Global Economy.” NBER Working Papers 16611, National Bureau of Economic Research, Inc. (https://www.nber.org/papers/w16611)

16. Bernard A., Jensen B., Redding S., Schott P. (2007) “Firms in International Trade.” Journal of Economic Perspectives 21 (3): 105–30. (http://www.princeton.edu/~reddings/pubpapers/FirmsTradeJEP2007.pdf)

17. Bernard, A., Jensen J., Redding S., Schott P. (2018) Global Firms."Journal of Economic Literature, 56 (2): 565-619. (https://www.aeaweb.org/articles?id=10,1257/jel,20160792)

18. Cadestin, C., et al. (2018) "Multinational enterprises and global value chains: New Insights on the trade-investment nexus", OECD Science, Technology and Industry Working Papers, No. 2018/05. (https://www.oecd-ilibrary.org/industry-and-services/multinational-enterprises-and-global-value-chains_194ddb63-en)

19. Chor D. (2019) Modeling global value chains: approaches and insights from economics. In the Handbook of Global Value Chains. Eds: Gereffi, Ponte, and Raj-Reichert. Edward Elgar.

20. Direct Investment by Country and Industry for 2019. (2020) Bureau of Economic Analysis. https://apps.bea.gov/scb/2020/08-august/0820-direct-investment.htm

21. Hossiso K. (2019) Activities of U.S. Multinational Enterprises in 2017. Bureau of Economic Analysis. (https://apps.bea.gov/scb/2019/09-september/0919-multinational-enterprises.htm)

22. Hossiso K. (2021) An Ownership-Based Framework of the U.S. Current Account, 2019. https://apps.bea.gov/scb/2021/01-january/0121-current-account.htm

23. Manyika J., Pinkus G., Tuin M. (2020) McKinsey Global Institute. Rethinking the future of American capitalism. McKinsey Global Institute. (https://www.mckinsey.com/~/media/McKinsey/Featured%20Insights/Long%20term%20Capitalism/Rethinking%20the%20future%20of%20American%20capitalism/Rethinking-the-future-of-American-capitalism-vF.pdf?shouldIndex=false)

24. McKinsey & Company (2018) ‘Superstars’: The dynamics of firms, sectors, and cities leading the global economy. McKinsey Global Institute Discussion Paper. (https://www.mckinsey.com/featured-insights/innovation-and-growth/superstars-the-dynamics-of-firms-sectors-and-cities-leading-the-global-economy)

25. McKinsey & Company (2019) Globalization in transition: The future of trade and value chains. McKinsey Global Institute Report. https://www.mckinsey.com/featured-insights/innovation-and-growth/globalization-in-transition-the-future-of-trade-and-value-chains

26. McKinsey & Company (2020) Risk, resilience, and rebalancing in global value chains. McKinsey Global Institute Report. https://www.mckinsey.com/business-functions/operations/our-insights/risk-resilience-and-rebalancing-in-global-value-chains

27. Trading for Development in the Age of Global Value Chains. World Development Report (2020) World Bank Group, Washington DC (https://www.worldbank.org/en/publication/wdr2020).

28. UNCTAD (2019) World Investment Report (https://unctad.org/webflyer/world-investment-report-2019)

29. UNCTAD (2020) World Investment Report (https://unctad.org/en/PublicationsLibrary/wir2020_en.pdf).

Comments

No posts found

Write a review
Translate